Меню
В России нужно
добиваться своих прав
Мириам Сехон о свободе слова,
несвободе Серебренникова, работе с Михалковым и панибратстве в интернете
Мириам Сехон
Российская актриса театра и кино,
вокалистка групп Race to Space,
Green Point Orchestra и ВИА «Татьяна»

Фильмография, избранное: «Ветка Сирени» (П.Лунгин),
«Солнечный удар» (Н.Михалков), «Плюс один» (О.Бычкова),
«Петр Лещенко» (В.Котт), «ВМаяковский» (А.Шейн)
Возраст: 34 года
Место рождения: Москва

SAVE THE DATE с Мириам
«Русский роман» в театре Маяковского — 9 и 17 марта
Концерт ВИА «Татьяна» в Yota Arena — 8 марта
Wild T Jazz в Powerhouse — 10 марта
Дарина Грибоедова
Автор материала
— Мириам, как в школе учителя коверкали твои имя и фамилию? Меня постоянно называли Дашей, мою одноклассницу Элеонору — Леной. В нашей стране, вообще, довольно сложное отношение к редким нетипичным именам. Как жилось маленькой Мириам среди Наташ и Ань?
— Я узнала, что меня зовут Мириам только, когда вернулась в Россию, мне было почти 11 лет. Про учителей не вспомню уже, кажется по фамилии и тоже не справлялись, а все друзья называли Машей, потому что я на этом настаивала. Только недавно стала представляться полным именем. И тут началось. Марьям, МИриам (с ударением на первый слог), Мариям, Мариэм, Марьяна и фамилию Сихон, Сейхон, Cи-хон, СЕхон. В основном, конечно, когда звонят или пишут незнакомые люди. Но у многих знакомых подглядывала в телефоне смешные варианты написания.
Свою дочь назвала в честь бабушки Маргариты, но к ней прилипло домашнее имя Магога, которое ей нравится намного больше, поэтому ее все зовут Магога Мачульская, но в паспорте Маргарита. В ее новой школе ни у кого с этим нет проблем, но часто сложно это произнести именно взрослым людям, а дети удивляются слегка, но быстро привыкают.
—В прессе пишут, что детство ты проводила с родителями на гастролях. Театр, где служил и выступал твой папа постоянно переезжал и ты вкусила все прелести кочевой жизни и закулисья. Не хотелось взбунтовать и, наоборот, осесть и жить по расписанию?
—  В Footsbarn Theatre мы приехали, когда мне только исполнилось 6 лет, я не успела толком привыкнуть к своей оседлой жизни в Москве. Мне было интересно все, что ново. Я познакомилась с удивительными людьми, выучила языки, побывала в разных странах, поиграла на сцене. Бунтовать я начала, наоборот, когда пришло время ехать обратно в Москву и кардинально менять жизнь, к которой я привыкла. Мы были постоянно в дороге, я росла в караване (доме на колёсах), ходила в школу-автобус. А тут Москва, квартира, школа с тридцатью детьми в классе.
Сначала меня ещё не брали ни в одну нормальную школу, я плохо читала и писала по-русски, полгода ходила в частную школу. Был 94 год, я вернулась из «хипповской» коммуны, а тут, дети с водителями, телевизорами в каждой комнате огромных квартир, с директорами фирм и их заместителями в роли родителей. Но там у меня появился друг, который сейчас живет уже в Вене, стал композитором и мы до сих пор на связи.

— Почему из всех театральных ВУЗов Москвы (и страны) ты выбрала ГИТИС? Ради мастера, Сергея Женовача?
—  В Москве я стала много ходить в театр, уже как-то сложно было без этого жить. Сначала с мамой, потом с подругой Таней. Нашим любимым театром была «Мастерская Фоменко». И поступать мы собирались именно к Петру Наумовичу.
В какой-то момент я передумала, решила пойти на журфак, как мама, но потом все же захотела попробовать в ГИТИС. Тут, мы узнали, что вместо Фоменко набирает Женовач. Мне и маме его спектакли в Мастерской нравились не меньше. Но поступала я всюду, кроме ВГИКа (случайно), документы подала к Женовачу и поступила на реж. фак ГИТИСа. Через год мы придумали кричалку: «Режиссерский факультет — самый лучший факультет», ее потом пели многие знаменитые выпускники нашего факультета. А через 4 года из нашего курса получился театр «Студия театрального искусства».
Вообще, курс собрался ещё на поступлении, там же много туров, а потом всякие творческие туры, даже отрывки с режиссерами на вступительных (режиссеров-то тоже нужно как-то отбирать), импровизационные туры, движенческие и конкурс в конце. Очень много человек на место, а в результате всего 6 девочек актрис берут. Я была самой младшей и единственной москвичкой. Мои однокурсницы все жили в общаге, а я недалеко от ГИТИСа, со второго семестра уже отдельно от родителей обитала. Мы учились круглосуточно, репетировали ночами, почти не спали, добирали потом, в перерывах между занятиями. Просто спали, у нас на третьем этаже на реж. факе, где придётся, накрывшись куртками. На этаже 4 мастерские. Тогда были Гончаровцы, Захаровцы, Хейфеца и вместо Фоменок появились Женовачи. Когда выпустился курс Гончарова (Андрей Александрович умер в этот год как раз), стал набирать Кудряшов, это был его первый набор.
Через ещё один набор Захарова вместо его мастерской появился курс Каменьковича-Крымова, где не только актеры с режиссёрами, но ещё и художники. Сейчас у Крымова на 3 курсе учится мой брат.
Это удивительное место, я до сих пор стараюсь ходить на экзамены в нашу мастерскую и в остальные при случае. Это, пожалуй, мой любимый «театр» в Москве.
— Где отзывается больше твоя актёрская душа, в «Мариенбаде» или в «Мальчиках»?
—  Оба эти спектакли студенческие, первые. Нас, вообще растили, как ансамбль, это и вправду очень очень важно. Идея «Мальчиков», композиции по некоторым главам из Братьев Карамазовых (история Илюши Снегирёва), появилась после нашего семестра по Достоевскому (у нас каждый семестр был посвящён одному автору). Сергей Васильевич потрясающе делает композиции по прозе. В «Мальчиках» я играла роль Ниночки — горбатую, с больными ножками, молчаливую сестру главного героя. Весь спектакль сидела на стуле и воспринимала. Но я чувствовала себя частью волшебного целого, ни на секунду не сомневалась в том, что-то, как я играю влияет на весь спектакль. Это был очень важный этап в нашем актерском воспитании. Нас долго этому учили, а тут мы это ощущали в деле.
«Мариенбад» ставил Каменькович, мой любимый педагог на курсе. Он встретился со мной отдельно и дал мне две книги «Мариенбад» Шолом-Алейхема и «Зависть» Олеши, вернее пьесу «Заговор чувств», через 3 дня он спросил, что мне понравилось больше. Было одновременно очень страшно и ответственно и лестно, что он спросил именно у меня. Я выбрала «Мариенбад» и, видимо, это совпало с его собственным решением. Так получился этот спектакль. Я всегда буду благодарна Евгению Борисовичу за этот шанс.
Придумывали спектакль все вместе, много импровизировали, текст сокращали, местами переделывали («И скажи своей маме» было на самом деле назойливым напутствием служанке с непроизносимым именем, но мне показалось, что так будет смешнее), писали пьесу походу репетиций. Потом как-то возникли чемоданы, как главный элемент декорации. Сначала я принесла из своей домашней коллекции, собранные на помойке и «блошках», в них я хранила все вещи, потом ездили на развалы и барахолки покупать остальные. И тема спектакля, и метод репетиций, и наша вовлечённость, ощущение, что мы все немного со-авторы, делает этот спектакль просто более личным для меня.
К тому же у меня была важная роль.
— В каких спектаклях ты сейчас занята? Где тебя можно увидеть в театре?
—  У меня остался сейчас только один спектакль, он идёт 2 раза в месяц в Театре Маяковского. Это «Русский роман» в постановке Миндаугаса Карбаускиса. Когда я ушла из СТИ, я собиралась уезжать из России, но у меня не получилось. И театр меня не оставил. Какое-то время я играла в «Сахаре» Вырыпаева в «Практике», потом сбылась моя мечта и позвонил Карбаускис.
Он же выпустился с курса Фоменко, за которым последовал наш набор. Мы все были знакомы, и Миндаугас даже приходил к нам преподавать. Сначала проводил тренинги, а потом чуть не поставил с нашим курсом спектакль по Фолкнеру. С того времени я очень хотела ещё когда-нибудь с ним поработать, но так просто не придёшь и не попросишься. А тут как-то само все произошло.
Жизнь огромная, в ней так много всего интересного, чего хочется успеть сделать, посмотреть, попробовать, а театр это такой мир, в который нужно погружаться и зачастую он исключает многое. Это большое вложение, служение и дисциплина. Театр он как якорь, держит тебя в определенном месте. Думаю, иначе я бы уплыла очень далеко, не только от театра, но и от профессии в целом.
Я почти не успела пожить без театра, и хотя была уверена, что справлюсь и без него, очень счастлива, что могу выходить на сцену не только, как певица.
—  Сейчас о важном, едва ли не самом важном для всех нас. О цензуре в культуре и театре, о затыкании ртов и об обвинениях. Твое отношение к этой бессмысленной «охоте» и к происходящему с Кириллом Серебренниковым и Гоголь-центром?
—  Сегодня особенно сложно об этом говорить, после вчерашнего суда. Очередного абсурдного суда.
Мне кажется, что здоровое государство спонсирует искусство в принципе. Свободное, новое, старое, хорошее, плохое, любое.
Искусство не обязано государству. Искусство говорит о нем больше, лучше и интересней, чем любые геополитические экзерсисы.
Веками государство бодается с художниками, которые, по его мнению, недостаточно Родину любят. И в каждый, без исключения, следующий период, оказывается, что именно гонимые художники и были гордостью страны. А те, кто власти подмахивал — где они? Кто знает современника Пушкина Фаддея Булгарина, был в то время знаменитый писатель, если бы не эпиграмма Пушкина, никто бы даже имени не вспомнил.
Прошлым летом вся Москва была увешена баннерами с цитатами Булгакова, Платонова, Пастернака, Ахматовой, Бродского, Солженицына. Они — гордость России. Грибачева, Щипачева, Суркова, Кочетова, Кожевникова не цитировали.
А ведь какими тиражами издавались, лауреатами премий были, должности почётные занимали! Но наше поколение выбирает гонимых Цветаеву, Бабеля, Зощенко, Эрдмана.

В стране, где можно бить жену (мужа, детей, бабушку), потому что закон позволяет, где за изнасилование сидят меньше, чем за художественную акцию, где быть открытым геем себе дороже, где можно убить кого-нибудь на дороге и остаться не при делах, но неудачно заступиться за женщину, которую волочат по мостовой полицейские и получить пару лет строгого режима, в этой полунищей стране, которая тратит огромные деньги на украшение города, парады, укрепление патриотического духа, но которая не помогает своим сиротам, инвалидам, бездомным, где невозможно добиться бесплатного специального лечения, каких-нибудь аппаратов искусственной вентиляции легких, инвалидных кресел для детей, да что уж, где даже умереть достойно — огромная привилегия, где… бесконечный список всего, что прямо вопиюще не так в нашей стране.

Так вот, у нас первым делом нужно наводить порядок в московских театрах, чтоб вот эти страшные преступники, которые делают что-то такое, за что нас уважают в мире, чтоб их таких больше не разводилось, чтоб остальные чинно выполняли план пятилетки, шли бы строем, пели дифирамбы вождю и трудились на благо общества, а инакомыслия себе чтоб не позволяли.

Многие люди считают, что если ты видишь минусы своей страны, ругаешь ее и остро переживаешь все ужасное, что в ней происходит, значит ты не любишь ее.
Кирилл Серебренников мог уехать из этой страны. И Алексей Малобродский мог. Многие люди и уехали, их все больше и больше с каждым годом, туда где бы их не пугали, не шантажировали бы, где не закрывали бы их премьеры, не заставляли бы быть чьими-то доверенными лицами в обмен на протекцию, где не производили бы полуночные обыски, не сажали бы в тюрьму и под бесконечные домашние аресты без адекватных доказательств вины.
Другие, даже те, кто не со всем согласны, остаются, намерено, и не потому что они не могут уехать или не смогут там заниматься своим делом, они правда любят свою страну и топят за неё изо всех сил и стараются ее менять и помогают тем, кто ничего не может сам и верят, верят, уже даже там, где нельзя, где уже тонут в пьесах Ионеско по самые уши.
И я люблю свою страну. И мне прямо за неё больно каждый день. Потому что шансов все меньше и меньше. И даже когда ты начинаешь с себя и своего окружения, наступает момент, где ты бессилен. Где ты уже ничего не можешь изменить.
Серебренникову биографию уже сделали, спасибо, о себе подумайте, министерство культуры! Мединский ведь тоже книжки пишет. Один широкий жест сегодня может его в историю вписать.
— Поговорим о кино. Твоя первая большая экранная роль случилась в 23 года, и сразу у мэтра Лунгина в байопике про Рахманинова «Ветка сирени». По сюжету у вас любовь и страсть с Женей Цыгановым, от которого вся женская половина нашей страны трепетала. Волновалась накануне съёмок? Роль ролью, но есть же и девичье смущение.
— Мы с Женей знакомы с моих 15 лет. На момент съёмок мне шел 22 год.
Семь лет — хороший стаж дружбы, чтобы не упасть в обморок в такой ситуации. А вот первый съемочный день в большом кино (до этого был сериал «Улица Гоголя») и в первый же день большая сцена и потом поцелуй и раздевание. мне помогло, что мы дружили с Женей, было не так страшно.
— В одном из своих интервью ты говоришь, что в детстве, в присутствии родителей, попадая на постельные сцены в кино, под любым предлогом старалась выйти из комнаты. Как они, в итоге, отреагировали на роль Марианны в «Ветке»? Что сказала мама?
—  Неловко было всем, и мне, и родителям. Я много говорила об этом с друзьями, у многих так. При том, что у меня очень близкие и открытые отношения с мамой, но тогда был такой неловкий возраст.
А мама мои фильмы не смотрит, она не любит кино. «Ветку сирени» может и смотрела на премьере, не помню чтобы мы обсуждали эту сцену с раздеванием, да и что там обсуждать! Гораздо смешнее, как Рахманинов валит Марианну на кровать, а в руке держит папиросу. То есть все это время, пока ее раздевал, папироса у него была в руке.
— Ты капризный человек в работе? Что заставит Мириам Сехон отказаться от съёмок в проекте?
— Мне очень нравится сниматься в кино, но происходит это редко, я не в том положении, чтобы отказываться. Отказывают мне.
Я задаю много вопросов. К сожалению, режиссеры не всегда знают, что хотят или не могут объяснить и не всегда готовы этого добиваться (иногда просто нет времени, такие условия). Когда есть четкая понятная задача, я с радостью ее выполняю. Хотя мне нравится, когда есть возможность попробовать по-разному, прорепетировать, обсудить. Когда можно озвучить и свои идеи, насчёт персонажа. Вот с Михалковым было именно так.
— Когда тебя пригласил в свой фильм Никита Михалков, поставила для себя галочку? Появилось чувство выполненного долга в профессии?
— С Никитой Сергеевичем очень интересно было работать. Если я что-то предлагала, он прислушивался, пробовал вместе со мной это сделать, помогал улучшить. А где-то, наоборот, когда у него была идея и я впадала в ступор, делал все возможное, чтобы у меня получилось, заставлял меня делать то, что мне несвойственно, непривычно. Но это Никита Сергеевич. На это было время, мы репетировали и до и во время съёмок и работали бесконечно над этим, такое погружение редкая привилегия для кино. И огромное удовольствие для артистов.
— Ты снимаешься и в короткометражных фильмах. Как молодому начинающему режиссёру пригласить тебя в своё кино?
—  Я из тех людей, для которых очень важен подход и профессионализм
На мой взгляд, он начинается ещё на этапе знакомства. Сейчас все пишут в интернете, можно найти в Фейсбуке кого угодно и попытать своё счастье, и исчезают какие-то рамки, какие-то общепринятые нормы письма просто стираются. Когда люди пишут: «Эй, привет, ты классная, хочу снять тебя в дипломной короткометражке, позвони!», — у меня все сворачивается внутри. Возможно, это славный человек и у него хорошая идея, но так нельзя. Некоторым я даже отвечаю и объясняю как нужно было написать. Но последнее время не отвечаю вовсе. Они думают, что я сноб или того хуже. Мне уже наплевать. Совсем ужасно, когда так пишут знакомые люди. «Ну что, будешь петь у нас на фестивале?». На каком фестивале, у кого у нас, с какой группой, какого числа?
Я очень дорожу своим временем и считаю важным дорожить временем других. Мне кажется, нет ничего сложного в том, чтобы написать абзац текста.
«Добрый день, Мириам, меня зовут так-то (неважно, что написано под аватаркой, нужно обратиться по имени и представиться). Я такой-то такой-то (учусь там-то у такого-то на таком-то курсе). Делаю то-то, называется так-то.
Хочу пригласить вас принять участие, предложить вам роль, позвать вас…
Куда прислать сценарий? Или «ниже в приложении сценарий. Надеюсь, что вам будет интересно.» Можно добавить сроки, или написать, что готовы подстроится под человека, можно написать пару слов о том почему предлагают именно тебе, но это уже детали. И мне кажется это касается любых предложений работы. Особенно если речь идёт про бесплатную работу.
В остальном, часто режиссеры зовут тебя на то, что ты уже есть. То есть, Она — певица, рыжая, у неё ваша пластика, она прямо вы! Не хотите растиражировать себя ещё чуток? А мне, например, интереснее сыграть кого-то. Придумать не себя. А творчески проявить себя, как себя можно в фотосъёмках, в Инстаграм, в клипах на свои песни.
Почему всем кажется, что можно чиркнуть пару несвязных слов и респондент будет счастлив бросить все и прийти участвовать в чем-то непонятном, находить на это время.
—  ВИА «Татьяна» — зов души или нежелание быть частью мейнстрима и российской эстрады, в большинстве своем абсурдной?
—  Виа «Татьяна» мое желание петь по-русски и петь эти старые нежные песни. А потом уже все остальное. Группе 12 лет, мы собрались на голом энтузиазме, никаких задач перед собой не ставили. Потом оказалось, что это кому-то нравится, что становится модной вся эта ретро-история. Мы же искали не избитые песни тех лет и пытались дать им вторую жизнь, сохранив их трепетное звучание. Это сейчас у нас много известных хитов, а начинали мы с песен: «В дальний путь», «Расстались мы», «Мой Вася», «Негритянская любовь» и т. п.
— В райдере коллектива есть пункт про вино. Отмечаете после выступлений?
—  Нет, во время! Нас 10 человек в гримерке. На площадке мы проводим полдня. Грим, саундчек, выступление. Некоторые с обедом выпивают бокал вина, некоторые два. В общем, обычно после концерта нечем праздновать.
— Какие курьёзы случались на концертах «Татьяны»? Кто-то признавался в любви, плясал на столах, делал предложение руки и сердца?
—  Есть пара, которая познакомилась на нашем концерте. Они уже поженились и продолжают ходить вместе. Надеюсь, детей они к нам тоже приведут. Своих мы даже не спрашиваем.
Одного моего приятеля скинули с балкона в клубе «Вольта» во время нашего концерта 8 марта 2017 (с ним все в порядке, хотя могло быть намного хуже), на этом неприятности не закончились, нам так и не заплатили заработанные деньги.
— Про интернет и взаимопомощь. Твоя страница в Фейсбуке — часто активная площадка для обсуждений. Пост про стакан горячей воды в «Кофемании» вызвал невероятный резонанс и множество репостов. Ты сейчас так же эмоционально реагируешь на несправедливость или стала спокойнее и толерантнее?
—  Последнее время я меньше захожу в Фейсбук и очень довольна. Реагирую  по-прежнему эмоционально. Очень хотелось бы действительно что-то менять к лучшему, в случае с кипятком хотелось, чтобы не только мне его наливали, потому что я «та сумасшедшая,» а всем. Вообще, получить какие-то привилегии и бонусы себе, не такая проблема, мне важно, чтобы они были у всех. Свои права нужно знать, но у нас в России этого мало, их нужно добиваться. Хотя на самом деле хочется, чтобы не нужно было выпрашивать то, на что ты и так имеешь право. (Я не про кипяток).
— Как ты поступаешь, когда малознакомый человек просит репостить потерявшихся котят или собирать посылки для бездомных?
—  Даже знакомые иногда просят сделать какой-нибудь перепост или о чем-то написать, но не могут толком сформулировать мысль, обьяснить мне зачем, почему. Я не делаю просто перепост, нужно добавить что-то от себя. На самом деле намного лучше работает отдельный пост. Но для этого ты должен быть уверен в том, о чем ты пишешь. А перепосты трёхлетней давности про собак, которых выкидывают со стройки, ну, нужно как-то проверять информацию, это занимает столько же времени, как нажать кнопку share, зато экономит всем кучу нервов. Вообще, перепосты и лайки — очень простой способ обмануть себя, что ты помогаешь, что-то меняешь. (Лучше чем ничего, конечно, но все же). Помощь этим не ограничивается. Это самое простое. Ты потрать своё время, вникни, помоги реально тем, чем нужно. Люди стесняются переводить мало денег, но даже 10−50−100 рублей на что-то проверенное, меняет ситуацию, а уж если регулярно, то вдвойне.
— Скоро в нашей стране выборы президента, ты пойдёшь голосовать?
—  Не готова про выборы сейчас. Просто такая абсурдная ситуация. Уже нет слов.
— Если не в Москве, где бы ты могла жить?
—  В Берлине, в Лондоне и в Тель-Авиве.
P. S.
Моя Москва
Это мои люди и межсезонье, которого нет в Европе.
Мои маршруты для путешествий
Мои гастроли, наверное. У меня нет времени на путешествия, к сожалению, поэтому либо по работе, либо куда-нибудь на пару дней-неделю и то, как повод, обычно, какое-нибудь культурное событие - выставка, спектакль или концерт.
Перед спектаклем я всегда...
Прихожу за час. Пью кофе и курю сигарету. Но на самом деле не всегда, потому что я часто бросаю и то, и другое.
Мириам и ВИА «Татьяна» на шоу «Вечерний Ургант» с песней «Ландыши»
Интервью провела: Дарина Грибоедова
Фотограф: Ксения Яблонская
Также использованы фотоматериалы сайтов ruskino.ru и kino-teatr.ru

Благодарим за предоставленные для съемки интерьеры
кофейню David B. Cafe
Поделиться с друзьями:
Читайте также:
Слушайте подкасты: