Аня Романова:
трансформация через тело
и свободное движение




Зачем нам расслабляться,
как измениться через танец и прикосновения, и почему в движении заключается жизнь
Аня Романова
Специалист по работе с собой через тело и движение
в целостном подходе
Я лежу на спине с закрытыми глазами и чувствую, как меня легонько трясут за плечо. Мне ужасно неприятно — не покидает ощущение, будто я умерла, а кто-то пытается вытащить меня из этой блаженной сонности. Кто-то пытается сказать: «Эй, ты не умерла, давай просыпайся».

Это я испытала, проходя простую практику бодиворка у Ани на курсе, и через несколько дней вдруг подумала, что я и правда уже несколько лет не чувствую себя ментально живой. Не разрешаю себе эмоции, не разрешаю себе то, это. И что я привыкла так жить и мне страшно не нравится, когда кто-то пытается меня выдернуть.

Не знаю, сколько прошло времени после. Может, года полтора. Жизнь поменялась, но до сих пор в некоторые моменты я вспоминаю ту практику и спрашиваю себя: «А ты точно живая?»

В работе с клиентами Аня не указывает, как правильно тот должен поступить. Но она помогает обнаружить привычные реакции, найти в себе ресурс, стать проявленным, увидеть возможности, поверить в себя и просто жить.

Присылаем статьи на почту один раз в месяц

Интервью провела Женя Щелчкова pacifida
Ань, ты занимаешься трансформационными, телесно-двигательными тренингами в целостном подходе. Что всё это значит?
Философия такая: в мире всё взаимосвязано — и в человеке всё взаимосвязано: тело, сознание, подсознание, эмоции, чувства. И через одно мы можем влиять на другое. Выражать себя разными способами.

Кроме того, целостный подход — это различные методики: бодиворк, аутентичное движение, контактная импровизация и контемпорариденс. Все эти практики направлены на то, чтобы человек исследовал себя, научился себя поддерживать, проявляться и идти в контакт с другим из ощущения себя.

А моя самая главная задача — создавать и поддерживать бережное пространство, в котором у человека произойдёт развитие.
А как ты помогаешь меняться? Что продвигаешь, что предлагаешь?
Основное — это работа с эмоциональным и физическим напряжением, которое за время жизни возникает у человека. Я помогаю научиться чувствовать себя, самостоятельно поддерживать себя.

Продвигаю инструменты, через которые человек сможет себя познать, выразить — тогда, когда ему это нужно.

Продвигаю принципы, которые мне близки: честность с собой, выражение себя в комфорте, бережность к себе, любовь к себе, забота о себе, принятие себя разным. Понимание того, что мир очень разнообразен, — и это нормально.
По сути, ты делаешь то же, что психолог?
Психолог больше работает с сознанием. Идёт работа в голове: осознавание, поиск решения.

Когда человек приходит ко мне, мы работаем комплексно: сознание, тело и эмоции. Проживаем эмоции через тело. Мы склонны к рационализации, у нас есть стереотипы, как можно и как нельзя — это работу над собой замедляет. Поэтому мы пробуем перевести себя из режима критика-контролёра в режим свидетеля-исследователя. И в глубину идём, только когда почувствуем себя в безопасности.

Я только направляю, чтобы человек смог с этим встретиться, отпустить, прожить и почувствовать себя иначе.
Поделись самыми частыми запросами, с которыми приходят клиенты
Частая история — потеря связи с собой, человек не чувствует себя, не понимает, не знает, куда двигаться.

Подавленные эмоции, связанные со стрессовыми ситуациями: разочарование, обида, утрата, чувство страха и стыда, которые мешают проявляться злости — нашему базовому чувству.

Например, человеку стыдно, что у него что-то не получается. Или за то, что он просто счастлив. Или когда с человеком происходит насилие со стороны, а ему стыдно, что с ним это случилось. Стыдно за свои мысли, свои чувства.

Или человек подавляет и не признаётся себе в агрессивных эмоциях, потому что «надо быть хорошим», «нельзя сердиться». А ведь на пике хочется буквально взять стул и разнести им всю квартиру! Конечно, так действовать неэкологично — но признаться себе в том, что вы испытываете злость, — иногда уже и этого достаточно.

Сказать себе: «Я чувствую злость, это нормально». «Я испытываю эти чувства к родственникам — и это нормально». Это не значит, что вы будете ругаться с близкими. Это значит, что вы отслеживаете свои импульсы и состояния, которые вам о чём-то говорят. Это значит, у вас хорошая рефлексия. Вы говорите себе: «Да, я это чувствую». И дальше уже анализируете, по каким причинам это происходит, что с этим делать.
Сказать себе: «Я чувствую злость, это нормально». Это значит, у вас хорошая рефлексия. Вы говорите себе: «Да, я это чувствую». И дальше уже анализируете, по каким причинам это происходит, что с этим делать
При помощи тела мир дает подсказки, чтобы человек стал развитым, осознанным, выстроил свои границы.


Расскажи про самую глубокую, на твой взгляд, практику
Самая глубокая практика из перечисленных — это практика аутентичного движения. Она как раз направлена на проживание подавленных внутренних состояний.

В ней есть свидетель и движущийся. Движущийся в течение определённого времени двигается с закрытыми глазами, в тишине, по внутреннему импульсу, а свидетель статично наблюдает за ним.
Почему мы склонны подавлять свои эмоции?
У нас в обществе есть определённые взгляды, каким должен быть человек, — ты живёшь с ощущением: «Надо быть хорошим, счастливым, радостным, постоянно генерить новое». И этот образ идеального человека, который всё может, — это и к женщинам, и к мужчинам относится, — он всё время на нас давит.

Что-то проживается с течением жизни — когда мы делаем, что нравится. Поём, двигаемся, свободно выражаем своё мнение, путешествуем.

Но есть глубокие вещи, которые человек самостоятельно не может прожить: обида, разочарование, предательство. Он ходит с этим годами и ничего не может поделать. Иногда даже не осознаёт их, не может назвать — но они влияют на качество жизни.
То есть человек просто двигается, как ему сейчас хочется? И всё?
Да, закрывает глаза, слушает себя, и двигается так, как ему хочется. Может, он захочет лечь, сесть, танцевать, прыгать. Или простоять всё отведённое на практику время — если он действительно этого хочет. Может звучать: кричать, петь, — могут пойти эмоции: слезы, радость, смех. Всё это нормально. Единственное ограничение — нельзя говорить. Ты можешь выражать себя как угодно через тело, голос — но не словами.
А второй просто смотрит? Или какая задача у свидетеля в аутентичном движении?
Статично наблюдать за движущимся, но не давать оценку. Смотреть, но не спрашивать у себя, почему движущийся так себя ведёт. Почему, например, он ползает, или хлопает в ладоши, или развёл руки и кружится. Не пытаться объяснить себе движения человека, который двигается перед тобой.

Только наблюдать за своими ощущениями, спрашивать себя: «Что я чувствую, глядя на движущегося?» Как мы, например, смотрим кино: не важно, что хотел сказать автор фильма — важно, что я вижу в этой истории. Потому мы замечаем то, что уже и так есть в нас. И оно может проявиться в момент свидетельствования.
Чем заканчивается практика?
Движущийся и свидетель обмениваются обратной связью — причём их истории и ощущения могут сильно отличаться. Например, движущийся поднимал руки и ощущал себя свободным, как птица — а свидетель в это время смотрел, как движущийся поднимает руки, и чувствовал страх.

Они делятся прожитым за практику опытом, например: «Я ложусь на пол, трогаю пол руками, ощущаю поддержку». История может быть абсолютно любой. Статично наблюдать за движущимся, но не давать оценку. Смотреть, но не спрашивать у себя, почему движущийся так себя ведёт. Почему, например, он ползает, или хлопает в ладоши, или развёл руки и кружится. Не пытаться объяснить себе движения человека, который двигается перед тобой.
А есть какие-то правила, как делиться обратной связью?
Быть честным — потому что ты делаешь это для себя и своего развития и осознанности. Говорить в настоящем моменте — так ты проживаешь этот опыт заново и выводишь его на уровень сознания.

Движущийся готовит первым, затем свидетель обязательно спрашивает: «Тебе нужна моя обратная связь?» — и это важный момент, хоть и на первый взгляд кажется незначительным. Так мы тренируем понимание, что ты сам способен создать безопасное пространство вокруг себя: не соглашаться на то, чего в действительности не хочется.
«Тебе нужна моя обратная связь?
С движущимся всё понятно. А что рассказывает свидетель?
Он рассказывает, что он видел и чувствовал, глядя на движущегося. Например, говорит, что смотрит на него и чувствует грусть. И это не значит, что движущийся — грустный, это значит, что свидетель увидел эту эмоцию.

Это очень важный момент, потому что многое в жизни мы оцениваем — но никогда не можем знать, что у человека на самом деле сейчас происходит внутри.
Мы многое в жизни оцениваем — но никогда не можем знать, что на самом деле сейчас происходит у человека внутри
Мы судим через себя?
Да. Из своего опыта пытаемся объяснить поведение другого человека. А него, может, свои мотивы были. Или он вообще не заметил, что так поступил.

Наши сознание и мозг хотят всё объяснить, проконтролировать. А здесь контроль сменяется на доверие процессу, на знание, если мне что-то нужно узнать — я могу у тебя спросить, а не додумывать. Налаживается здоровая коммуникация. Каждый говорит сам за себя, без проекций.
Как работает механизм безоценочности?
Чтобы подавленные эмоции вышли, надо создать ситуацию, когда тебя видят, но не оценивают. Чтобы внутри была мысль: «А могу ли я сейчас проявить эмоции и быть самим собой, когда на меня смотрят?» Ты проявляешься — тебя не оценивают — и таким образом, происходит исцеление.

Образуется новая цепочка: на меня смотрят — а я могу быть настоящим, таким, какой есть, и меня не будут за это осуждать. Меня не будут спрашивать «что», «как» и «почему» — просто посмотрят на меня.
Почему в этой практике происходит трансформация?
Потому что внутри нас живут подавленные чувства, состояния, которые были сформированы, когда происходила оценка извне. Например, произошла какая-то история, где я чувствовала грусть, страх, боль, а и говорила себе что-то вроде: «Сейчас нельзя чувствовать грусть, соберись» — и замораживала это чувство. А во время телесной практики эти подавленные эмоции проживаются.
Образуется новая цепочка: на меня смотрят — а я могу быть настоящим, и меня не будут за это осуждать
А как получается начать что-то чувствовать в практике аутентичного движения? Ты долго живёшь с проблемой, сроднился с ней — не так-то просто из себя её достать
Конечно, в практику просто так не зайти. По щелчку пальцев мы все чувства, истории и зажимы на поверхность не вытолкнем. Нужна подготовка: для начала я могу дать медитацию, чтобы человек расслабился, услышал себя.

А потом мы работаем в зависимости от запроса. Моя задача — используя походящие инструменты и своё знание, как одно влияет на другое, — сформировать то самое пространство, в котором у человека произойдёт развитие.

Кроме медитации перед аутентичным движением мы иногда практикуем контактную импровизацию, бодиворк.
Что такое бодиворк?
Бодиворк похож на массаж, но в одежде. Осознанное расслабление, слушанье себя через касание партнера. Там мы учимся слышать своё тело, доверять партнёру и идти в контакт с другим, не теряя ощущения себя.

Это даёт понимание: я могу отдавать, не жертвуя собой. Могу принимать, а могу говорить «нет», если мне много. И наоборот, позволять себе принимать, когда этого хочется.

Ещё бодиворк хорошо тем, что помогает глубоко расслабиться и снять зажимы. У нас есть такие участки тела, которые мы не можем расслабить сами — в этих местах живут эмоциональные блоки. С помощью партнера расслабить их проще. Я не раз наблюдала картину, когда люди начинали плакать просто от того, что они впервые за долгое время расслаблялись.
А контактная импровизация? Что это?
Контактная импровизация — это форма танца, где между людьми есть точка контакта, которую партнёры перемещают во время движения, опираясь на себя, пол, друг друга.

И здесь мы как раз учимся тому, чтобы почувствовать свои опоры, учиться их видеть и пользоваться ими на том уровне, который доступен сейчас. И только потом переходить к следующему. И только почувствовав себя, переходить к взаимодействию с партнёром.
На каких принципах она базируется?
Контактная импровизация строится так же, как развиваются движения ребёнка: начиная от пола. Сначала он лежит, двигаются руки, ноги, затем он может ползать, потом встаёт на четвереньки и чувствует опору. Мы исследуем себя на каждом из уровней.

Затем мы можем начать контактировать уже с человеком. Допустим, я касаюсь твоего плеча, ты — моего, мы чувствуем вес друг друга. Эту точку мы начинаем вести, например, вниз, к полу, можем пойти наверх или в сторону.

Каждый танец неповторим, поэтому мы называем его импровизацией. Это может быть и искусством, но здесь, в рамках холистического подхода, контактная импровизация — это снова способ исследования себя или себя в контакте с партнёром.
Встречала в твоих постах о результатах работы слово репаттеринг. Что оно значит здесь?
Паттерн — это «шаблон», наша неосознанная реакция. Реакции могут быть разные: например, безобидные — привычное рукопожатие. Но есть и такие, которые мешают жить своей жизнью. Тренинги как раз помогают эту реакцию отследить: человек начинает замечать и осознавать, как он реагирует.
У меня был паттерн: когда мне страшно — я прячусь и закрываюсь. Как заметила, стала попробовать реагировать иначе. Ощущения интересные
А у меня был паттерн «когда я позволяю быть самой собой, другие страдают». При работе через телесно-двигательные практики реакция в мозгу распадается, мозг ищет новое решение и делает это в безопасном пространстве — и создаётся новая, более здоровая реакция.
Через какое время у людей наступают результаты?
Индивидуально. Если это про отпускание старого, то заметный результат наступает уже в процессе работы и примерно в течение недели после. Если про создание нового — в течение жизни.

У человека меняется мировоззрение, он начинает по-другому смотреть на мир и на себя. И это не волшебная таблетка — нужно дать себе время.
У тебя есть собственный творческий проект «Как я стал(а) видеть по-новому». Расскажи концепцию
Меня на него вдохновила первая волна карантина весной 2020 года. Когда привычная жизнь изменилась, и кто-то сник, а кто-то нашёл новые пути развития. Мне хотелось поддержать этим проектом, показать, что каждый из нас может больше.

Я предлагала участникам поделиться своей историей, что происходило, когда они были в условиях, которые не могут изменить. Что это за условия, как происходило принятие, и какие они стали видеть возможности. Затем я предлагала подвигаться в течение трёх минут в тишине с этой историей — это было своего рода аутентичное движение, но не в полной мере. Глаза могли быть открытыми или закрытыми, я не давала ограничений. И сделала затем небольшой фильм.
О чём проект в глобальном смысле?

Основная идея — показать, что-то, что говорит человек, и то, как он двигается, — связано между собой. Показать, насколько каждый уникален — и насколько мы похожи. Что мы не одиноки в своих испытаниях, на своём пути, каждый проходит это — через тело всё хорошо видно. Движения оказываются схожими, хотя люди не знают друг друга, не знают историй друг друга.

«Как я стал(а) видеть по-новому»
А результат у участников был какой-нибудь?
Я стала замечать, что они начали двигаться по-другому. Не знаю, видят ли они это сами. В движениях стало больше смелости, проявленности.
Сейчас многие пишут про «принятие», «счастье быть собой». Как ты к этому относишься?
С одной стороны, это здорово — быть собой. А если ты ещё и счастлив при этом — песня длиною в жизнь.

С другой стороны, «счастье быть собой» иногда выглядит, как тренд. Если тебе постоянно твердят, что надо любить себя, надо развиваться, надо быть счастливым, надо, надо, должен — а ты в этот момент размазан или лежишь без сил, или грустишь и не знаешь, что с этим делать, то может проснуться неуверенность и не только.

Для начала нужно понять, что это значит лично для вас? «Быть собой» — это работа над собой, и возможна она лишь в бережном отношении, в позволении себе быть разным. Не чувствовать за это вины, а исследовать и экологично направлять.

Самая простая практика: сесть, почувствовать тазом стул, почувствовать стопами пол, положить руки на грудную клетку и наблюдать за тем, как она расширяется и сужается во время дыхания. И какое-то время просто наблюдать за путешествием воздуха на вдохе и выдохе. А затем сравнить свои ощущения перед началом работы со вниманием и после.
Что для тебя значит «трансформация»?
Расширение. Человек убирает лишнее, освобождается, открывает свой ресурс, видит новые пути развития.

Я не показываю человеку, как правильно. Я показываю, что у него есть возможность действовать иначе. Всегда. Что многие вещи в процессе жизни — это нормально.

Ты такой, какой ты есть. Бояться — нормально, пробовать — нормально. Проявляться, быть видимым — это нормально. Ошибаться — нормально. Мы не роботы, запрограммированные на определённый результат. Двигаться, жить — жить полноценно — это нормально.
Ты такой, какой ты есть. Бояться — нормально, пробовать — нормально. Проявляться, быть видимым — это нормально. Ошибаться — нормально. Мы не роботы, запрограммированные на определённый результат. Двигаться, жить — жить полноценно — это нормально.
Аня Романова
трансформационно-двигательная терапия,
телесные практики
ПОДЕЛИТЕСЬ ИСТОРИЕЙ:
Напиши комментарий
Нам интересно, на какие мысли тебя натолкнула статья
Другие статьи